Дух эпохи, выраженный в суетном

Архитектор: Наталья Олексиенко, г. Киев

"Каждый одиссей идет своим путем" — эта фраза, вынесенная из древности, вряд ли когда-либо потеряет актуальность. Для кого-то, живущего не в таком-то году на планете Земля, а сегодня, здесь и сейчас, оконное стекло — это граница, отделяющая не от лужайки перед домом, а от всего человечества. А кто-то другой, ощущая себя частью мироздания, не замечает метровых стен старого дома. Это и есть свобода, свобода сомневаться и создавать для себя ценности, формируя свое окружение. И наши жилища все чаще становятся символом этой свободы.

Квартира — отражение мироощущения ее владельца — расположена в доме "сталинской" эпохи. Ирония истории: построенная во времена жестокого тоталитаризма, она стала материализованным выражением свободы, отметающей любые сковывающие догмы. Но одновременно таким отрицанием  красноречиво подтверждается сущность комфортности жилья, которая состоит в его адаптации к духовным и физическим нуждам обитателей.

Помещение возникло в результате объединения двух расположенных рядом квартир, вдоль и поперек изрезанных перегородками толщиной в один кирпич. После слияния пространств перегородки были снесены, остались лишь несущие стены да ограждения санузлов. Дверные и оконные проемы сохранили нетронутыми. Заложить пришлось лишь один из выходов на лестничную клетку, да и то не полностью. Концептуально неприкосновенный дверной проем за изголовьем кровати в проектируемой спальне решили закрыть цельным листом стекла без обрамления, создав "зазеркалье" в сюрреалистичный "челаут" — помещение, принципиально противоположное сущности спальни. Помпезная фасадная архитектура побеждается отсутствием замкнутых объемов, открытостью интерьерного пространства, наполняемого светом из высоких окон, и пикантностью решений. Помещения перетекают друг в друга, создавая движение, которому ничто не препятствует. Из любой точки открывается перспектива на значительную часть пространства. В то же время нельзя сказать, что в этой квартире человек будет "на виду" в интимные моменты своей жизни. К примеру, для того, чтобы увидеть основную часть спальни, которая просматривается из других комнат, нужно войти в нее. Тот же принцип соблюден и по отношению к ванной комнате при спальне. В облике ванной полной мерой выражена квинтэссенция принципов построения, отделки и убранства квартиры. Контраст: кирпич и белоснежный кафель; рукотворное панно-мазанка с изображением человечков на стене и штампованный керамический орнамент в обрамлении зеркала. Свобода: сантехнические шедевры от Филиппа Старка, напоминающие собственные прототипы. Простор: вместо традиционной душевой кабинки — полукруг шторки вокруг "дерева" — стойки душа; прозрачные двери.

Здесь постарались избежать дверей, которые ограничивают обзор, а где без них никак — установили стеклянные. Единственное условно изолированное помещение — гостевой санузел, где дверь из матового стекла все же не позволяет потерять связь с общим пространством, поскольку пропускает свет. Листы стекла без рам и окантовок подвешены прямо на петли, прикрепленные непосредственно к стенам. Контрастность материалов — эффектное зрелище. Ощущение цельности пространства поддерживается однородностью пола во всей квартире. Светлый паркет из ясеня лишь в санузлах и кухне уступает место керамической плитке. Массивная монолитность толстых стен дома укрощается небольшими стеклянными дверцами. Вроде бы хаотично расположенные в самых неожиданных местах, они обусловлены функционально, так как обеспечивают свободный доступ к коммуникациям в толще стен. Другой дизайнерский прием, направленный на достижение конкретной цели: в гостевом санузле пол, стены, даже потолок выложены в шахматном порядке белой и темно-синей плиткой, отвлекая внимание посетителя от непритязательности сантехники эконом-класса. На формирование ощущения просторности работает пластика потолков, высота которых составляет 3,05 м.   При проектировании старались сохранить сущность потолка — светлой гладкой поверхности над головой. Однако централизованная система кондиционирования предполагала прокладку вентиляционных труб по всей площади потолков. Отступления от концепции, на которые пришлось пойти автору проекта, дали неожиданные результаты. В спальне, значительно опустив уровень потолка вдоль одной из продольных стен, ему придали s-образную в сечении форму  и... пространство "выплеснулось" за окно мощной волной. В проемах, соединяющих помещения, трубы спокойно "нырнули" под балки перемычек, опуская таким образом в этих местах уровень потолка. В гостиной, укрепляя гипсокартон, его уровень опустили по центру, оставив небольшой зазор по периметру стен. Вмонтированные в боковые стороны белой плиты светильники создают ощущение сияющей бездны над головой. Эту "потолочную сюиту" довершает "голос" прихожей. Потолок здесь ровный, а под ним зависли руны из белых брусьев. Правда, происхождение мотива, создаваемого этими балками, прозаично: он подсказан расположением досок, только по которым  и можно было перемещаться по квартире во время ремонта.

Непредсказуемость будущего, которое зависит не только от людских деяний, но и от высших законов, заставляет нас с уважением относиться к прошлому, свидетельства которого мы часто стремимся сохранить. Вот и здесь — исключительно "родные" стены и проемы в них; кирпичная кладка; восстановленный камин в гостиной (ведь не зря же в стене имеется дымоход!); приведенный в порядок старый мусоропровод в углу ванной комнаты. Подвал, очищенный от мусора и объединенный с расположенным выше челаутом, теперь — кинотеатр. Впрочем, такое отношение отнюдь не диктует фанатичную неприкосновенность к существующему. Трезвый подход предполагает максимальный комфорт. А в этом конкретном случае комфорт — это еще и свобода от лишнего. В эстетике минимализма каждый предмет значим и заметен, несет особый смысл. Потому в гостиной обитают лишь шедевры: шкаф-стеллаж с ячейками-сотами во всю стену, диваны и журнальный столик,  два кресла. Немногочисленность предметов мебели, которые отвечают функциональному назначению комнаты, не вызывает ощущения пустоты и необжитости. Соответствие оформления гостиной общей идее определяет целостность восприятия — здесь должно быть только так. Значит, место всему лишнему не в жилых комнатах, а в специально отведенном помещении. Так появилась кладовка в подвале. Вход туда расположен прямо в центре квартиры, рядом с гостиной. Пользоваться удобно, к тому же вид лестницы, ведущей в "другое измерение", зрительно расширяет пространство. Крестообразная ниша с телевизором сориентирована по сторонам света. Эти глобальные магистрали пересекают квартиру двумя осями. Первая из спальни, просыпающейся с восходом солнца, ведет в "западную" чайную, нежащуюся в его последних лучах.  Другая пролегает с юга на север, начинаясь входной дверью и заканчиваясь северным полумраком челаута-кинотеатра с его намеренно неоштукатуренной и искусственно состаренной кирпичной кладкой. Два начала — мужское и женское — источник жизни. В оформлении дома природная данность воплощена в предметах-символах, ведущих игру ассоциаций, которыми обусловлены дух и настроение помещений. Черное — мужское, пятнистое — женское кресла-релаксы от Ле Карбюзье в гостиной. Мужская аскетичность серо-металлической кухни от "Boffi" выглядит еще строже на скупом фоне кирпичных стен и каменного пола. Купается в зелени женская, солнечная чайная с изящными сидениями-скульптурами от Мис Ван дер Роэ и прозрачным столиком. Двухуровневый сумрачный колодец-кинотеатр всего лишь плоскостью стекла отделен от яркой, изливающейся в сад спальни с солнечно-желтой кроватью.

Автор: Виктория Бузько

24.02.2007

Комментарии